В США заговорили о «венесуэльском» перевороте в Турции: истерика Вашингтона — МК

В США заговорили о «венесуэльском» перевороте в Турции: истерика Вашингтона

фото: ru.wikipedia.org

Автор: Vitaly V. Kuzmin.

Напомним, что официальное объявление о подписании российско-турецкого соглашения прозвучало в сентябре 2017 года, со сроком поставки российских систем в Турцию осенью 2019 года. Теперь же речь и вовсе идет об июле. По мере того, как неумолимо приближается этот час «икс», по экспоненте нарастает градус американского давления с тем, чтобы заставить турок расторгнуть сделку с Россией. Множится число скандалов, прорывающихся в турецкие СМИ, в связи с новой порцией заявлений очередного американского чиновника в адрес турок, с запугиванием теми или иными страшными последствиями.

Турецкая заинтересованность российскими системами ПВО, сначала С-300, а потом и С-400, насчитывает не один год. Но поверить в то, что стороны смогут договориться, не мог почти никто.

На Западе к российско-турецкому соглашению, вплоть до последних недель, относились как к блефу и шантажу со стороны Анкары, целью которого является раскрутить западных партнеров на какие-либо уступки в свою пользу. Да и прецедент имелся: в 2015 году Турция, под американским давлением, отказалась от закупки у Китая зенитно-ракетного комплекса HQ-9 стоимостью в 3 млрд долларов.

Тем не менее время идет, а контракт по С-400 не только не расторгается, но и сроки поставки по нему сдвигаются влево. О своей полной приверженности российско-турецкой сделке заявляют чуть ли не каждый день президент Турции Эрдоган, министр обороны Акар и министр иностранных дел Чавушоглу.

В чем же заключался западный просчет, из-за которого машина давления на Турцию так медленно набирала обороты, а пробуждение только-только наступает? В непонимании тех фундаментальных изменений, которые произошли в сознании турецкого руководства в последние годы.

Можно много говорить о том, сколько разочарований принесли туркам отношения с американскими администрациями — хоть при Обаме, хоть при Трампе, — в части политики США на Ближнем Востоке. Особо стоит учесть настойчивость американцев по поддержке сирийских курдов в лице Партии демократический союз и Сил народной самообороны, которые считаются в Турции филиалами террористической Рабочей партии Курдистана.

Но именно попытка военного переворота в Турции в ночь с 15 на 16 июля 2016 года стала подлинным моментом истины для турецких руководителей, включая президента Эрдогана. Дело даже не в том, что в западных столицах довольно долго, до выяснения окончательного исхода, хранили молчание, не предлагая руководству Турции даже моральной поддержки. Дело в том, что за этой попыткой стояла секта Фетхуллаха Гюлена — беглого проповедника, проживающего в США, и, как многими считается, состоящего на «довольствии» в ЦРУ.

В упор не желая замечать трансформаций, происходящих в Анкаре, на Западе довольно долго верили в то, что Турция немедленно откажется от С-400, как только турки поймут, что их «блеф» раскусили. Особенно если это сопроводить легким нажимом из Вашингтона и Брюсселя.

Но к тому времени Турция уже приняла курс на построение новой системы обеспечения обороноспособности страны, одним из важных элементов которой должны стать современные и надежные системы ПВО, до сих пор в стране отсутствовавшие. Свежи еще воспоминания о том, что именно офицеры турецких ВВС составили костяк путчистов летом 2016 года и как свободно рассекали небо над Анкарой американские истребители F-16. В то, что Турция сможет обеспечить свою обороноспособность с помощью США и НАТО, турецкое руководство заметно разуверилось, и именно в этот момент Россия заняла вакантное место партнера Анкары в сфере развития ПВО страны.

Уверенность в турецкой «несерьезности» оказалась в США столь велика, что американцы лишь только в последний месяц — два начали сильно суетиться. В частности, наконец, предложив Турции купить свою систему The Patriot, в которой они же отказывали стране на протяжении долгих лет.

Впрочем, теперь проявляет упрямство уже турецкая сторона в лице президента Эрдогана, который говорит о том, что у Турции есть свои критерии осуществления этой сделки. Они включают: оперативную поставку, совместное производство, передачу технологий, разумную стоимость и предоставление кредита. И, по словам Эрдогана, американцы пока удовлетворяют лишь критерию оперативной поставки. И то не без вопросов, поскольку Конгресс США имеет дурную привычку блокировать готовые сделки с Турцией в сфере ОПК. К тому же цена «Пэтриотов» заметно выше чем С-400: 3,5 против 2,5 миллиардов долларов соответственно.

Иными словами, сделка по системам «The Patriot», по состоянию на 2019 год, больше не является для Турции приоритетной — может быть, а может и не быть, благо российская альтернатива имеется.

На этом фоне все, что остается США, — это наращивать политическое давление на Анкару на всех уровнях и во всех форматах: от президента Эрдогана, которому в ходе его недавнего телефонного разговора с вице-президентом США Майком Пенсом было передано «личное пожелание» Трампа о расторжении сделки по С-400, и до турецкого делового сообщества, которому американцы постоянно грозят санкциями за сотрудничество с Россией, в рамках Закона от 2017 года «О противодействии противникам Америки через санкции». Ну а представителям турецких СМИ регулярно на различных американских брифингах заявляется буквально следующее: «Турции не следует выбирать тот путь, который не приведет к хорошим результатам…»

На какие же результаты намекает американская сторона?

Турция — это не Венесуэла, и попытка военного переворота, инспирированная с активным участием США, в ночь с 15 на 16 июля 2016 года, провалилась ровно в тот момент, когда дикторша турецкого телевидения зачитала обращение путчистов, под которое никто их них перед телекамерами не показался. В Турции попросту не нашлось своего Хуана Гуайдо, готового бросить вызов президенту Эрдогану. А турецкая оппозиция путч не поддержала, что исключило «бархатный украинский сценарий».

С другой стороны, экономика Турции переживает сейчас не лучшие времена. И что хуже всего для турок, их экономика оказалась весьма подверженной даже не американским санкциям, а разного рода твит-заявлениям американского руководства. Не самое сильное давление на Турцию из-за задержанного в стране пастора Эндрю Брансона привело к падению чуть ли не вдвое курса турецкой лиры по отношению к доллару и евро. Закончилось дело освобождением американского проповедника прямо в зале турецкого суда, пусть и с судебным вердиктом «виновен».

Введение Вашингтоном санкций в отношении Турции, в ситуации, когда последняя продолжает упорствовать в закупке российских систем С-400, видится сегодня практически неминуемым. Вопрос заключается лишь в том, какой степени адресности и тяжести будут эти санкции. В легком сценарии это могут быть санкции против крупных турецких чиновников, имеющих отношение к сделке, хотя все прекрасно понимают, что решение по С-400 принимал лично президент Эрдоган. В тяжелом варианте это будут санкции уже в отношении ОПК страны в целом, а также основных государственных и частных компаний отрасли. Что бы в итоге не решили США, но проглотить турецкий вызов без ответа они не могут.

Какую позицию по этому поводу должна занимать Россия? Москве надо готовиться к тому, что ОПК Турции, не в первый раз, кстати, в своей истории (был ведь, к примеру, кипрский кризис 1974 года), окажется на «голодном пайке» поставок из западных стран вооружений, боеприпасов и, что самое главное, технологий. И уже с этого момента России следует готовить новые фундаментные камни для здания российско-турецкого сотрудничества, включая оборонно-промышленный комплекс, авиастроение и космос.

Продолжение американо-турецкого клинча по С-400 на этом этапе представляется практически неминуемым. Подобная ситуация открывает перед Россией окно возможностей по дальнейшему укреплению сотрудничества со своим южным соседом.

А попытка реализации венесуэльского сценария в Турции со стороны США уже была, и она провалилась.

« »